Начальнику
РУВД Московского района города Минска
О.Н.Шуляковскому
г. Минск, Грушевская, 9
Сивохина
Виктора Михайловича,
г. Минск, (...).
ЖАЛОБА
на постановление о наложении
административного взыскания
31.08.2017 г. постановлением заместителя начальника Московского РУВД г .Минска – начальника МОБ
полковником милиции Н.В.Руцким
в отношении меня было вынесено постановление о наложении административного
взыскания, которым я был признан виновным в совершении административного
правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 17.3. КоАП Республики Беларусь, и мне
назначено наказание в виде штрафа в размере 0,25 базовых величин, что составляет
5 рублей 75 копеек (далее – Постановление).
Согласно
Постановлению, Сивохин В.М. 20 июля 2017 г. в 22.45 часов, появился в общественном месте возле дома 1 по пр.
Победителей в г. Минске в состоянии алкогольного опьянения, чем оскорбил
человеческое достоинство т общественную нравственность, что выражалось в том,
что он шатался из стороны в сторону, имел неопрятный внешний вид и запах
алкоголя изо рта, в окружающей обстановке ориентировался плохо.
7 сентября 2017 года данное Постановление
получил по почте.
8 сентября 2017 года в Центральном РУВД г. Минска я ознакомился с
материалами моего административного дела.
18 сентября 2017 года в соответствии с ч.2 ст. 12.2 ПИКоАП РБ в
десятидневный срок я обжаловал решение Руцкого в вышестоящий орган – ГУВД
Мингорисполкома. Жалобу направил по почте (копия
почтовой квитанции прилагается к жалобе).
22 сентября 2017 года начальник
управления охраны правопорядка и профилактики милиции общественной безопасности
ГУВД Мингорисполкома А.С.Купченя
вынес постановление о возвращении моей жалобы мне, так как она подана с
нарушением установленного порядка, который регламентируется ч. 2 ст.12.2 ПИКоАП РБ.
29
сентября 2017 года я
получил данный ответ.
Ответ А.С.Куачени
подготовлен с нарушением п. 4 ст.15
Закона «Об обращении граждан и юридических лиц», где должностное
лицо было обязано разъяснить мне «в какую
организацию и в каком порядке следует обратиться для решения вопросов,
изложенных в обращениях».
В соответствии с ч.2. ст.12.4 при
поступлении жалобы с нарушением порядка установленной ч.2 ст.12.2 ПИКоАП РБ Купченя
при возвращении моей жалобы, не разъяснил
мне установленный порядок, с указанием
конкретного органа и должностного лица, в компетенции которого относится рассмотрение
моей жалобы.
Предполагаю, что
вышестоящим должностным лицом у начальника МОБ Руцкого является
начальник Московского РУВД г. Минска, в связи с чем свою жалобу направляю Вам для рассмотрения по
существу.
В связи с тем, что Купченя не разъяснил мне
порядок обжалования, я был вынужден сам устанавливать подчинённость Руцкого в связи с чем затянулся срок
подачи жалобы.
Вину
во вмененном административном правонарушении я не признаю.
Постановление
заместителя начальника Московского РУВД г. Минска Н.В.Руцкого от
31.08.2017 г. считаю незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, а дело об
административном правонарушении в отношении меня – подлежащим прекращению.
Так, при вынесении Постановления Н.В.Руцкий допустил
односторонность, неполноту и необъективное исследование обстоятельств
административного дела; существенное нарушение моих прав.
1.
Фактические обстоятельства дела.
20.07.2017 г. около 22 часов я ехал в
троллейбусе в сторону своего дома. Находясь в транспорте, ко мне стали придираться трое неизвестных
мужчин, в результате потасовки, у меня исчез телефон.
Я потребовал прекратить противоправные
действия и предложил выйти на улицу, чтобы вызвать милицию для разбирательства.
Один из них применил мне физическую силу, как позже стало известно, его звали Андрей
Шукало. Я вырвался и стал уходить от него, чтобы иметь возможность
связаться с сотрудниками милиции.
Находясь
на остановке городского транспорта возле киоска для продажи пассажирских
билетов, около церкви на Немиге по адресу ул. Раковская, 4, обратился за помощью к сотрудникам милиции К.И.Сороке и Ю.Ф.Зверко. Им сообщил,
что ко мне приставали неизвестные в троллейбусе, с целью спровоцировать драку.
В результате пропал мой мобильный телефон. Как раз в это время приблизился Шукало,
на которого я указал, как провокатора и просил его задержать и привлечь к
ответственности. У меня были подозрения, что он мог быть причастен к похищению
моего телефона. Он был одним из той кампании трех человек.
Именно Шукало
ввёл по отношению ко мне агрессивно, оскорблял нецензурной бранью, называл меня
террористом. Замечу, что он был в состоянии алкогольного опьянения.
Сотрудники
милиции пригласили его и нас двоих доставили в РУВД Центрального района г.
Минска для разбирательства.
Следует подчеркнуть, что я не появился в
общественном месте в состоянии
алкогольного опьянения, как указывает Руцкий, а стал жертвой неправомерный
действий со стороны Шукало и его друзей. При этом я сам лично обратился к
сотрудникам милиции за помощью. Если бы я плохо ориентировался, как пишет Руцкий,
то не смог бы адекватно общаться с сотрудниками милиции, а тем более по моему
требованию, был задержан Шукало.
В Постановление указано, что я совершил
административное правонарушение возле дома 1 по пр. Победителей, но я там не
был, а был около церкви на Немиге, которая расположена по другому адресу. И
здесь неточность в описании тех событий.
В тот день я был в чистой одежде – белая
рубашка и черные брюки. Вид у меня был опрятный и не шатался из стороны в
сторону.
В моем поведении ничего не было, чтобы
можно было оскорбить человеческое достоинство и общественную нравственность.
Такого и не могло быть, так как я в Беларуси занимаюсь общественной
деятельностью, имею положительный статус среди коллег, друзей.
Считаю, что та информация в постановлении о наложении
административного взыскания, которая указана
заместителем Московского РУВД г.
Минска Н.В.Руцким причиняет мне моральный вред и
затрагивает мою честь офицера.
Я являюсь ветераном боевых действий в Афганистане. За
время прохождения службы я получил увечья, контузию и ранения. Являюсь кавалером двух боевых орденов «Красная Звезда» и
кавалером трех боевых орденов 1,2,3 степени «За службу Родине». В настоящее
время я полковник запаса ВС РБ.
Кроме того, я занимаюсь общественной деятельностью по
социальной защите ветеранов войны, инвалидов и членов семей погибших при
исполнении служебного долга с 2001 по настоящее время. Я являюсь председателем
правления «Международного фонда «Боевое братство - без границ». За данную
деятельность я награжден Грамотой Совета Министров Республики Беларусь. Также республиканской организации семей
погибших «Память и долг» я награжден благодарственным письмом. Имею высшую награду украинской православной
церкви Георгия Победоносца.
Я с большим уважением отношусь к законам и
не нарушаю их. Те противоправные действия, что описал Руцкий, не
соответствовали действительности и тем событиям, которые произошли 20 июля 2017
года.
2. Доказательства, на основе которых Руцкий установил наличие
административного правонарушения и мою виновность, вызывают сомнения в их достоверности,
и не являются достаточными для принятия данного решения по делу об
административном правонарушении.
Согласно
Постановлению, Руцкий основал мою виновность в совершении административного
правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.
17.3. КоАП Республики Беларусь следующими доказательствами:
- протоколом об
административном правонарушении № 4000242 от 20.07.2017 г. в отношении меня о
совершении правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 17.1. КоАП Республики Беларусь,
составленного старшим инспектором ОДС
Центрального РУВД г. Минска старшим лейтенантом милиции Сергеем Викторовичем Хотылевым;
- протоколом опроса лица, в отношении меня
от 20.07.2017, составленного Хотылевым;
- протоколом опроса свидетеля сотрудника милиции Кирилла Ивановича Сорока от 10 июля 2017 г., в соответствии с
которым, находясь в общественном месте дома 1 по пр. Победителей в г. Минске, 20 июля 2017 г. в 22.45 часов я
якобы был в состоянии алкогольного опьянения, чем оскорбил человеческое достоинство и общественную
нравственность, в окружающей обстановке ориентировался плохо;
Далее в
своём Постановлении Руцкий указывает, что моя вина подтверждается и другими
доказательствами, но не приводит их конкретно.
В соответствии с ч. 2. ст. 2.7. (Презумпция невиновности) ПИКоАП
Республики Беларусь, обязанность
доказывать виновность лица, в отношении которого ведется административный
процесс, возлагается на должностное лицо органа, ведущего административный
процесс. Лицо, в отношении которого ведется административный процесс, не
обязано доказывать свою невиновность.
Ч. 4. ст. 2.7.: Сомнения в обоснованности вывода о
виновности лица, в отношении которого ведется административный процесс,
толкуются в его пользу.
Согласно ч. 1. ст. 6.14. ПИКоАП Республики Беларусь, каждое доказательство подлежит оценке с
точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные
доказательства в их совокупности - с точки зрения их достаточности для принятия
решения по делу об административном правонарушении.
Из материалов настоящего административного дела следует, что,
вынося Постановление, Руцкий основал мою виновность
исключительно на показаниях только
одного свидетеля - сотрудника милиции
Центрального РУВД г.Минска Кирилла
Ивановича Сорока, а также на составленных на основе этих показаний
процессуальных документах.
Показания сотрудника милиции
Сорока голословные и
противоречивые материалам дела. Хотя бы
потому, что меня никто не останавливал из-за того, что я якобы шатался их
стороны в сторону, а сам подошёл к Сорока и Зверко, чтобы сообщить о
противоправных действиях Шукало. Сорока даже неправильно
указал нашу беседу, которая состоялась не около д.1 по пр. Победителей, а около
церкви на Немиге по ул. Раковской, 4.
Объективность
(достоверность) обвинительных показаний
Сорока в отношении меня вызывает обоснованные сомнения.
В любом случае, показания Сорока
и составленные на их основе процессуальные документы нельзя считать
достаточными доказательствами.
Согласно Постановлению Руцкого, я был в состоянии алкогольного опьянения, чем
оскорбил человеческое достоинство т общественную нравственность, что выражалось
в том, что он шатался из стороны в сторону, имел неопрятный внешний вид и запах
алкоголя изо рта, в окружающей обстановке ориентировался плохо.
Следует обратить внимание, что в материалах настоящего административного дела отсутствуют, какие бы то
ни было, фактические данные моих противоправных действий, полученные от
граждан, что я нарушил общественную нравственность своим внешним видом или кого-то оскорбил своим неопрятным поведением.
Других свидетелей нет в материалах дела, которые бы подтверждали
показания Сорока. Хотя в материалах дела не опрошены свидетели Шукало
и Зверко,
которые были бы обязаны дать показания о моих противоправных действиях, так как
они были всегда рядом при разговоре.
Полагаю, это также подтверждает недостоверность показаний сотрудника милиции Сорока, а также составленных органом, ведущим административный
процесс, процессуальных документов, и свидетельствует о недоказанности моей
виновности в совершении вмененного правонарушения.
Таким образом, при
вынесении Постановления Руцким нарушен принцип презумпции невиновности.
3.
В ходе подготовки дела об административном правонарушении органом, ведущим
административный процесс, были неоднократно нарушены мои права.
Когда меня и Шукало доставили в Центральное РУВД
г. Минска, то разбирательство проводил Хотылев.
Сразу же я ему устно сделал заявление о пропаже
телефона и просил принять от меня
заявление. Тем боле, что Хотылеву я прямо указал на Шукало,
что он причастен к конфликту в
троллейбусе. Он мне в моей просьбе
необоснованно отказал. Хотылев сказал, чтобы я ехал в
Московский РУВД по факту пропажи телефона, что и сделал на следующий день.
Хотылев был обязан принять заявление от меня и передаить
материлы по пропаже телефона по территориальности в РУВД Московского района г.
Минска. Однако этого не сделал.
Именно вся вина
лежит на Хотылеве, который ввёл
меня в заблуждение, не сказал, что в отношении меня начат административный
процесс по ч.1 ст. 17.3 КоАП РБ, а предложил подписать какие-то бумаги,
которые связаны с показанием прибора «Алкотест - 203», но не с рассмотрением в
отношении меня административного процесса.
Только 8 сентября 2017 года, когда я знакомился с
административным делом, понял, что все
процессуальные документы составлялись без моего участия.
Так, протокол об административном правонарушении
составлялся в моё отсутствие, так как он был напечатан заранее. Сначала надо разъяснить права
правонарушителю, дать ему подписать протокол, а потом уже составляется фабула
правонарушения. Технически так сделать невозможно, как сделал Хотылев. Подписи в нем указаны не мои.
Протокол составлен и с другими нарушениями. Так
согласно ст. 10.2 ПИКоАП РБ в
протоколе должна стоять подпись свидетеля, что ему разъяснены права, но Сорока не расписался в специальной графе
протокола.
Если бы Хотылев мне разъяснил мои права как
положено, то я его бы не подписывал протокол об административном
правонарушении, так как я не совершал данного правонарушения. Пригласил бы
юриста для моей защиты.
Если бы я плохо ориентировался в окружающей
обстановке, как указывает милиционер Сорока, то Хотылев был обязан меня
направить в медицинский медвытрезвитель, а не отпускать меня сразу же домой.
Я попросил его личный телефон, чтобы позвонить на
свой, но он не отвечал. Тогда по моей просьбе он со своего телефона позвонил, чтобы
приехал мой друг ветеран войны в Афганистане Александр Щербик. Он
приехал и забрал.
Это ещё одно доказательство, что я был в нормальном
состоянии, хорошо ориентировался и своим поведением не нарушал общественную
нравственность.
Вопреки требованиям ст.ст. 10.2. ПИКоАП
Республики Беларусь, Хотылевым мне не была вручена копия
протокола об административном правонарушении.
В Постановление
указано, что я якобы признал себя виновным в совершении административного правонарушения.
Это не соответствует действительности. В деле есть Уведомление от моего
имени, но подписи стоят также, выполненные не мною.
Главное
доказательство фальсификации
административного дела в отношении меня -
ПРОТОКОЛ ОБЪСНЕНИЯ СВИДЕТЕЛЯ СОРОКА.
Старший
инспектор ОДС Центрального РУВД г. Минска старший лейтенант милиции Сергей Викторович Хотылев проводил
опрос свидетеля Сорока по событиям 20 июля 2017 года. Но сам протокол он
составил 10 июля 2017 года, т.е. на меня уже заранее завели административное
дело.
Не совершал я никого противоправного правонарушения,
именно поэтому, каким-то образом Хотылев, не опрашивает главного
свидетеля Шукало, который был
инициатором конфликта. Именно он мне причинил телесные повреждения, когда я ему
предложил поехать в милицию.
И последнее доказательство моей невиновности, которое
ставлю под сомнение – протокол моего освидетельствования на предмет выявления
алкогольного опьянения.
С каких-то это пор сотрудники милиции стали выполнять
функции медицинского персонала, а именно определять внешнее состояние
гражданина на предмет его алкогольного опьянения, при этом описывать признаки
такого состояния.
Так, всё тот же Хотылев, провел в отношении меня
диагностику на предмет алкогольного опьянения. Мало того, он не обладал
навыками медицинского работника, однако, ему не помешало установить, что я был
в состоянии алкогольного опьянения по его убеждению «…запах из-за рта и
покраснения глаз…». Странно, каким образом Хотылев определил запах из-за рта?
Он меня не просил на него дышать, как и не осматривал мои глаза.
В протоколе
выступают заинтересованные лица в исходе дела сотрудники милиции Сорока и Зверко, что также вызывают в их нейтральности к результатам
проверки меня на алкогольное опьянение. Проводилась эта диагностика без врача.
Мои подписи вызывают сомнения, даже не будучи
экспертом криминалистом, видно, что одна подпись отличается от другой на одном
бланке.
Сейчас, понимаю, что в отношении меня никакого административного
процесса не проводилось, а были заранее заготовленные стандартные документы, на
основании которых, формально меня привлекли к ответственности. Это подтверждает
тем, что эти документы возвращались в Центральное РУВД г. Минска на доработку из Московского РУВД г.
Минска.
Несмотря на все эти
неточности, отсутствия доказательной базы на меня, Руцкий не принял мер к
всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств дела, а именно, - к установлению оправдывающих
меня обстоятельств, а также обстоятельств, меня характеризующих.
Таким образом, указанное
свидетельствует, что при вынесении
Постановления Руцкий в отношении
меня проявил очевидную несправедливость и пристрастность, нарушив мое право на
защиту.
На основании изложенного и в соответствии со ст.ст. 12.1. – 12.4.,
12.9., 9.6. ПИКоАП Республик Беларусь,
ПРОШУ:
- отменить постановление заместителя
начальника Московского РУВД г. Минска Н.В.Руцкого
от 31.08.2017 г. по делу об административном правонарушении в отношении меня,
Сивохина Виктора Михайловича, по ч.1 ст.
17.3. КоАП Республики Беларусь, и прекратить дело об административном
правонарушении.
«26»
октября 2017 г. В.М.
Сивохин
Приложение:
- копия постановления заместителя
начальника Московского РУВД г. Минска Н.В.Руцкого
от 31.08.2017 г.;
- копия
почтового чека от 18.09.2017 года;
- копия
ответа начальник управления охраны
правопорядка и профилактики милиции общественной безопасности ГУВД
Мингорисполкома А.С.Купченя
22 сентября 2017 года;
Р.S. Административное дело было прекращено.
